Почему Маршак не любил вспоминать о Воронеже



 

(Читаем его книгу «В начале жизни»)

Так уж случилось, что раннее детство Маршака пришлось на разгар претворения в жизнь знаменитых Майских правил правительства. Российские власти объясняли эту политику борьбой с терроризмом, а многие в ней видели простой антисемитизм.

Местное издательство оказалось в трудном положении
Местное издательство оказалось в трудном положении

Поэтому первым лицом воронежца, которое запомнилось мальчику Самуилу, было лицо силовика в голубом мундире, «нашего воронежского пристава, большого, статного с полукружиями белокурых пушистых усов, шагающего, словно на пружинах, в своей голубоватой офицерской шинели и лакированных сапогах». Офицер приходил к ним в воронежскую квартиру прямо на второй этаж. «В сущности, пристав мог бы вызвать отца к себе в полицейский участок повесткой, но предпочел явиться лично, чтобы с глазу на глаз, из рук в руки получить установленную обычную дань». Мальчик исходил злобой и рисовал себе в голове разные картины, как вместо вручения «полусотенной»,  ударить бы офицера, да так, чтобы он «кубарем катился по всем ступенькам, гремя шашкой и медными задниками калош».  

Да, Самуил родился в Воронеже, но, оказывается, это ровно ничего не значит. Провел тут немало времени и приезжал сюда неоднократно. Даже первое свое стихотворение гениальный поэт сочинил именно здесь. Но в собрании сочинений из 8 томов мы не найдем ни одной рифмы, посвященной Воронежу. 

Воронежская синагога выглядит драгоценной шкатулочкой
Воронежская синагога выглядит драгоценной шкатулочкой

Фамилия Маршак, если сделать перевод с иврита, то на русском языке будет означать «Наш учитель». Отец будущего поэта, Яков Миронович Маршак работал на мыловарне «братьев Михайловых» в воронежском пригороде. Но самих хозяев, то есть братьев Михайловых, в Чижовке никто никогда не видел. Чему очень  удивлялся мальчик Самуил, да так, что даже и немного расстраивался.

Наш вундеркинд начал сочинять стихи раньше, чем научился писать. В 4 годика продекламировал свои первые стихотворные строки. 

Сёма, как его звали родители, учился в четырех учебных заведениях: Острогожской, 3-ей Петербургской, Ялтинской гимназиях и на факультете искусствоведения Лондонского университета. Но ни одного из четырех заведений, так и не закончил

Родился в одном городе, а с 9 лет пошел учиться в другой, в Острогожск. Почему? В то время был жесткий ценз для получения образования иноверцами. Чтобы они из иудаизма обращались в православие. Но православия принимать не хотелось. В ответ на небывалую волну терроризма, евреев практически прекратили принимать в гимназии. На момент убийства царя в 1881 г. в гимназиях их училось 7558, а на момент рождения Маршака в 1887 г. их соответственно училось уже меньше - 6048 чел. Доучивались только принятые ранее. А из Москвы взрослые евреи частично вообще были депортированы. В Воронеже просто невозможно было преодолеть установленный процентный барьер. А в Острогожске обстановка складывалась попроще, там тогда проживало относительно немного евреев (128 человек). 

Сам процесс поступления и зачисления в Острогожскую гимназию нанёс ребёнку неизгладимую травму. Он сдал вступительные экзамены на круглые пятерки и «не помнил себя от радости…По дороге домой остановились с мамой у магазина и купили гимназическую фуражку – тёмно-синюю, с блестящим козырьком и белым кантом. Тут же купили и герб с буквами «О.Г.» над двумя скрещенными лавровыми веточками из какого-то светлого, серебристого металла. Мы сразу же прикрепили герб к фуражке, и я вернулся домой»

«Первые мои «лавры» оказались недолговечными. Какая-то непонятная мне «процентная норма» закрыла для меня доступ в гимназию. Приняли и Степу Чердынцева, Сережу Тищенко, и Саньку Малофеева и Костю Зауся, а меня не приняли. Своими руками сняла мама герб с моей фуражки и спрятала у себя в шкатулке». 

Но всё-таки расчет родителей оказался верным. Хорошо, что в гимназии оказался один русский двоечник. Его отчислили и одно место освободилось.

В Острогожске Маршаки проживал в районе под названием Майдан, тогда это был пригород. А почему именно тут жили братья Маршаки тоже легко объяснить: здесь проживал их дядя, работавший зубным врачом.

Вы не бывали в Острогожске? Тогда рассказываю, что такое Майдан. Он располагался между нынешней улицей Пушкина и р.Острогощей, от берега Тихой Сосны до улицы Харьковской (ныне Ленина).

Мальчик имел абсолютный слух. абсолютный слух на звучание русской речи. Как-то летом 1902 года его оценил,  обычно всегда дремлющий, восьмидесятилетний Стасов. (Напомню, он был лидером культурной элиты конца века). В ходе прослушивания пятнадцатилетнего юноши у пристарелого эксперта вдруг открылись глаза. От чтения стихов, от их простоты, выразительности Владимир Владимирович Стасов неожиданно изменился, у него «стало совсем другое лицо – оживленное, помолодевшее. Таким он становился всегда, когда был чем-нибудь заинтересован или растроган… Стасов громко хохотал, вытирая слезы, и некоторые, особенно хлесткие места, заставлял повторять дважды». 

Книга «В начале жизни» написана в 70 лет
Книга «В начале жизни» написана в 70 лет 


Подросток Сёма, с согласия родителей, был немедленно вывезен из Острогожска в столицу. Стасов сразу же внедрил молодого Маршака в самую гущу знаменитостей. Перезнакомил с ведущими культурными деятелями страны. Совместно с композиторами Глазуновым и Лядовым наш маленький вундеркинд написал кантату памяти скульптора Антокольского.

В 3-тью Петербургскую гимназию Самуила зачислили по протекции царственной особы, самого Константина Романова, известного поэта под псевдонимом К.Р.

Забавно, но после Стасова «под крыло» Маршака взял Максим Горький. Переезд Самуила в Ялту Горький организовал очень быстренько. Точнее сказать, опеку над молодым талантом взяла на себя его жена Екатерина Пешкова, которая вела хозяйство в своем крымском доме. Но в 19 лет Самуил опять двинулся в путь, он вынужден был расстаться со своей черноморской жизнью.

Первоначально молодой поэт писал сугубо на взрослые темы. Творчество для детей его не интересовало. Его первый поэтический сборник назывался «Сиониды». Издан он в 1907 году. Название полностью корреспондируется с тематикой.

Маршак всячески стремился получить образование, но началась мировая война и ему пришлось из Англии вернуться на родину. Он с семьей обустроился в Финляндии, но тут пришло настоящее горе. На его доченьку случайно упал самовар с кипятком. Несчастье привело отца в неустойчивое психическое состояние и он погрузился в глубокую депрессию. Трагедия произошла ноябрьским днем 1915 года и Самуил Яковлевич больше не мог оставаться в том городе. Кроме того и пункт призыва в российскую армию был по месту регистрации и рождения, в Воронеже.  

Памятник поэту Воронеже
Памятник поэту Воронеже

В это самое время на территории России все больше разгоралась Первая мировая война. Маршак попросился на фронт добровольцем. Скорее от безысходности. Однако ему отказали в зачислении в Российскую армию по причине плохого зрения. Желая уйти от темных мыслей, Маршак кинулся помогать беженцам, которые толпой хлынули в Воронежскую губернию с захваченных немцами районов  Украины. Среди беженцев было много еврейских детей. Воронеж казался для них городом хлебным. По мере сил Маршаки помогали облегчить страдания несчастным

В 1917 году семья поэта (но тогда ещё только журналиста) оказывается в Екатеринодаре. Город на тот момент был центром Белого движения. С.Маршак работает журналистом в белогвардейской прессе. Он заведующий редакцией газеты «Утро Юга». Отец руководит мыловаренными фабриками на Кубани. С помощью сатирических стихов и фельетонов осуществляется агитационно-пропагандистская работа против Красной Армии.

Первая книга писателя, которая увидела свет, называлась «Сатиры и эпиграммы», её издали в 1919 году в Екатеринодаре. Всего-то 62 странички, но это было начало входа в русскую литературу настоящего большого таланта. Этот факт биографии удалось утаить в хаосе Гражданской войны. Каким чудом – не понятно.

Очень непонятный псевдоним - Доктор Фрикен. При объяснении происхождения этого псевдонима Маршак всегда гордо ссылался на Пушкина. Так звали врача-еврея, услугами которого пользовался А.С.Пушкин в Кишиневе. Но пушкинисты тщательно обходят этот факт стороной, не любят рассказывать об этом южном знакомстве. Не будем комментировать и мы, вместо с Маршаком по провоцируем читателя.

Особо следует отметить знакомство в 1918 году с поэтессой Черубиной де Габриак. Именно она, по свидетельству самого Маршака, подвигла его на написание произведений для детей. Везде это шерше ля фам!

А были ли каки-либо запрещенные книги с авторством Маршака? Были и есть. Например, «Песни Литовского гетто», изданные в США 1948 году. Невозможно почитать фельетоны и сатиру, написанную под псевдонимом Доктор Фрикен.

Есть статьи Маршака, которые просто не хотят вспоминать. Например, большая статья в газете «Правда» в защиту Солженицына. Почему не хотят? Этот писатель особенный, он у всех в печенках уже. Обсуждение его творчества не объединяет, а разобщает наше общество.

Уголок Воронежского еврейского кладбища
Уголок Воронежского еврейского кладбища

Немножечко о рекордах. На чьей могиле больше всего лежит камешков у стен Новодевичьего монастыря? Ответ: на могиле Самуила Яковлевича Маршака. Идите на кладбище и удостоверитесь. 




Комментарии

Популярные сообщения из этого блога

Приключения слова «жид»

Пытаемся разгадать секрет «Тайной истории» Донны Тартт

Николай Островский из Калифорнии

По пляжу Сзлинджера

Мандельштам. Встреча с Воронежем

Как себя чувствуют книги в условиях СВО ?